В паутине судьбы. Каменный град 4. — Даниела Мокану

СейчасГлава 14.1. Луч солнцаСтраница 19 из 58
К книге

В кафе было тесно и уютно: пахло корицей и жжёным сахаром, за стеклянной стойкой шипела кофемашина, а с потолка свисали бумажные фонарики в форме облаков. Мы сели у окна, заказали по латте, и я обхватила ладонями горячую кружку, пытаясь согреть заледеневшие пальцы. Отилия сидела напротив, скинув кардиган, и в её позе не было ни тени напряжения — она откинулась на спинку стула, свободно, как человек, которому нечего прятать.

— Алина, — начала она прямо, без предисловий, и её зелёные глаза встретились с моими так пристально, что я почувствовала, как внутри всё сжимается. — Я знаю, что случилось. Кристоф рассказал мне достаточно, но я вижу и больше — по тому, как ты сидишь, как сжимаешь пальцы на чашке, как стараешься не встречаться со мной взглядом, когда речь заходит о чём-то личном. Я была такой же. И я знаю эту тьму, потому что сама в ней жила.

От её слов по спине пробежал холод, но я заставила себя смотреть на неё. Потому что в её голосе не было жалости — только твёрдая, спокойная сила, как у человека, который пересёк пустыню и может показать дорогу другим.

— Я тоже думала, что если запереться в своей раковине, вычеркнуть прошлое из памяти, перестать касаться людей и позволять им касаться меня — боль уйдёт, — продолжала она, и её пальцы легко коснулись стола, рисуя невидимые круги. — Но она не уходит. Она как ржавчина: сверху ты её счищаешь, а она уже внутри, проедает тебя изнутри, разрушает твои дни, твои ночи, твои попытки улыбнуться. Она превращает будущее в серую пустоту.

Я сглотнула. В горле пересохло, хотя я только что отпила кофе. Её слова падали в меня, как камни в тёмную воду, и я видела круги — отголоски собственной боли, которую так старательно хоронила.

— Я долго не хотела идти к психологу, — сказала Отилия, чуть наклонившись вперёд. — Мне казалось, что это слабость, признание того, что я сломана. Но ещё до поездки я начала ходить к доктору Мартинес. И знаешь, что я поняла? Что быть сломанной — это не стыдно. Стыдно притворяться, что ты цела, когда внутри всё в руинах. Она научила меня не убегать от своих чувств, а садиться рядом с ними, разговаривать с ними, даже дружить с ними. Это трудно. Но это единственный путь.

Она замолчала, и в этом молчании было столько силы, что я боялась нарушить его своим прерывистым дыханием. Я видела, как ей даются эти слова — на лбу проступила тонкая складка, а пальцы на мгновение сжались в кулак, прежде чем она расслабила их. Она не играла роль сильной. Она была сильной по-настоящему, потому что признавала свою уязвимость.

Глава 14.2. Луч солнца

— У меня появились новые увлечения, — продолжила она уже мягче, и в голосе проскользнула тёплая нотка. — Сначала я пошла на курсы самообороны. Это звучит странно, но когда ты учишься защищать себя физически, внутри что-то переключается. Ты перестаёшь быть жертвой даже в собственных глазах. А на море я открыла для себя гончарное мастерство. Представь: держишь в руках мокрую, холодную глину, она скользит, сопротивляется, пытается упасть, а ты создаёшь из неё форму. И каждый раз, когда я садилась за круг, я понимала — моя жизнь тоже такая. Я могу лепить её заново. Медленно, пальцами, вкладывая душу в каждый изгиб.

TopKnigi
Подборки

Тематические подборки для продолжения чтения

Подбираем связанные книжные коллекции…