Минут через пятнадцать я получил кучу смайликов и сердечек на присланный мною вариант от своей любимой.
Закончив с бронированием, я откинулся на спинку стула и задумался. В голове вертелась еще одна мысль, которая требовала рассмотрения и решения: офисная работа, карьера, зарплата. Я не хотел больше винтиком в корпоративной машине, не хотел ежедневно тратить время на выполнение чужих поручений. Я смотрел на своих одногруппников, слушал их разговоры о планах на работу и карьере в той или иной фирме. Всё это казалось мне чуждым и бессмысленным. Мне хотелось заниматься чем-то своим, интересным и значимым. Денег у меня было достаточно — выигранная когда-то крупная сумма в лотерее давала необходимую финансовую базу для старта. Но вот чем конкретно заняться, я пока не знал.
Я принялся перебирать возможные варианты бизнеса: ресторан, кофейня, туристическое агентство, фитнес-центр. Каждый из них казался перспективным, но не вызывал внутреннего отклика. Мне хотелось чего-то большего, чего-то, что позволило бы реализовать мои таланты и амбиции. Я понимал, что решение придет не сразу, но был готов потратить время на поиски подходящего направления.
В какой-то момент я вспомнил об Ане. Мельком, краем сознания. Она была частью моего прошлого, и я надеялся, что наши дороги больше не пересекутся. Я не испытывал к ней никаких особых чувств, кроме легкого сожаления о потраченном времени. Сейчас у меня была Катарина — девушка, которая понимала меня, поддерживала и вдохновляла. С ней я чувствовал себя по-настоящему живым и готовым к новым свершениям. Рядом с ней мне казалось, что всё в моей жизни возможно.
Я выключил компьютер и отправился на кухню, где сестра развлекала родителей забавными историями о маленьком сыне, пока тот спал. Я присоединился к беседе, наслаждаясь теплом семейного вечера и предвкушая завтрашний день, полный новых возможностей и открытий. У меня был план, как помочь самому себе найти то дело, тот бизнес, который будет мне по душе.
Глава 11. Последний закат
Солёный ветер путался в волосах, и я позволила ему эту вольность — впервые за три года я не сжимала плечи, не прятала шею в воротник, не оглядывалась на каждый резкий звук. Я просто стояла босиком на влажном песке, и море лизало мои ступни тёплыми, чуть шершавыми языками прибоя. Где-то за линией горизонта солнце уже касалось воды, разливая по небу густой оранжевый мёд, который медленно таял в пурпуре и лиловых тенях. Чайки кричали над головой, но их голоса не резали слух — они звучали как далёкая, почти забытая колыбельная.
Четыре недели. Двадцать восемь дней, которые переплавили меня заново. Я приехала сюда с камнем в груди и с привычкой дышать вполсилы, а уезжала — с расправленными лопатками и с ощущением, что внутри меня наконец-то поселился свет, а не холодная тень. Каждое утро я выходила на балкон и видела бескрайнюю синеву, и она не пугала меня, как раньше, не напоминала о бездне, в которую я чуть не провалилась. Она просто была — огромная, дышащая, живая. И я училась дышать вместе с ней.
